Made in Russia

All regions
ENG
Interview

Purity based on naturalness. Biomicrogels conquer the country

148
Purity based on naturalness. Biomicrogels conquer the country

В нынешней ситуации отечественные разработки во всех сферах промышленности становятся всё более актуальными. Не исключение, назовём ее так, «сфера чистоты». Особенно после ухода с рынка многих крупных игроков. Технологии очистки воды в промышленности на базе биополимеров, экологичные моющие средства, косметические продукты – всё это производят сейчас в нашей стране. А продукцию и технологии признают одной из лучших во многих странах мира.

Один из крупнейших производителей таких продуктов и решений в России – группа компаний БиоМикроГели. О ситуации на рынке, развитии технологий и минимизации влияния на экологию редакция «Сделано в России» пообщалась с сооснователем группы компаний БиоМикроГели Андреем Елагиным.

Как текущая санкционная повестка сказалась на деятельности вашей компании?

В основе технологии биомикрогели доступное российское сырье - вторичные продукты сельского хозяйства и деревообработки. Учитывая, что Россия входит в число лидеров по выращиванию и переработке древесины и сельскохозяйственных культур, мы в меньшей степени подвержены волатильности рынка.

Для упаковки продуктов мы разработали собственные пресс-формы, что позволяет производить собственные флаконы из российского перерабатываемого пластика.

Реагенты для очистки воды, а также экологически безопасные моющие и чистящие и косметические средства под брендом «WONDER LAB» мы делаем по собственной технологии на локальном производстве в Екатеринбурге.

Эти примеры наглядно показывают, что компания была готова к текущей ситуации и в меньшей степени зависит от импортных компонентов и сырья.

За последние пару месяцев спрос на наши продукты у торговых сетей сильно вырос. Многие крупные зарубежные компании либо ушли с рынка, либо подняли цены на свои продукты. И сегодня продукция «WONDER LAB» представлена в торговых сетях «Магнит», «Перекресток», «Лента», «Детский Мир» «Ашан», «Hoff», «Верный» и других, а также на нескольких десятках онлайн-площадок, в том числе на «Ozon» и «Wildberries».

Технология, которую использует ваша компания, уникальна для России? Перенимают ли ее иностранные коллеги?

Технология биомикрогели достаточно легко масштабируется в любую точку мира, так как сырьем могут быть практически любые вторичные сельхозпродукты.

Говоря о зарубежных рынках, в разгар пандемии мы смогли выйти на международные рынки с решением для повышения эффективности производства пальмового масла. Первым направлением стала Юго-Восточная Азия. С помощью нашей разработки потери масла в отходах производства снизились с 1,5–2,5 до 0,3–0,7%, при этом полученную разницу фабрикам удаётся продать. Скорость экстракции масла выросла более чем на 5%, что позволяет тратить меньше электроэнергии и воды в процессе его производства.

Сотрудничали ли вы с зарубежными партнерами? Если да, то как изменилось взаимодействие сейчас?

Еще на самом старте работы мы видели глобальные перспективы использования технологий, которые создавали. Чтобы зафиксировать перспективы развития бизнеса за рубежом, мы запатентовали наши разработки в 62 странах мира, а их коммерциализацию решили начать с 3-х основных регионов: РФ/СНГ, стран Европы, а также стран Юго-Восточной Азии и Китая. В этих регионах мы подготовили сопроводительную документацию, необходимую для старта продаж, получили ведущий Европейский экосертификат, который котируется во всех трех регионах, и защитили товарные знаки. Постоянно участвуем в международных конференциях и выставках. Но последние 2 мировых кризиса внесли свои коррективы. Фокус на внутреннем рынке остался, как и было запланировано изначально, но вместо старта европейских отгрузок, которые должны были начаться весной этого года, мы оперативно переориентировались на Юго-Восточную Азию.

Планируем и дальше укреплять наши позиции за рубежом. Хотим применить наш опыт в производстве оливкового, рапсового и других растительных масел в Индии, Китае, Канаде, ЕС, Аргентине, США, Бразилии и странах Африки.

В связи с экономической ситуацией, наблюдаете ли вы, что бизнес переориентировал свои приоритеты, и ESG-повестка, которую так активно продвигали в последние годы, ушла на второй план? Если да, то как можно изменить эту ситуацию?

(ESG - совокупность характеристик управления компанией, при котором достигается вовлечение данной компании в решение экологических, социальных и управленческих проблем – прим. редакции)

Сотрудничая с российскими и международными компаниями мы видим, что фокус смещается в сторону экономической эффективности – улучшения эффективности бизнес-процессов, оптимизации расходов компаний.

Но многие российские компании продолжают реализацию своих экологических программ в долгосрочной перспективе, так как целевые показатели на 2030 год пока остаются прежними.

Переход на более экологичные и эффективные решения, а также повышение качества отчетности, прозрачность и ответственное деловое поведение, позволяют обеспечить долгосрочную конкурентоспособность бизнеса как внутри страны, так и на зарубежных рынках, в том числе в Азии.

Есть ли у вас сведения, в каких объемах сегодня бизнес «загрязняет» природную среду, снизилось ли это воздействие за последние годы, и почему? Какие отрасли - главный источник таких выбросов?

Основная доля всех отходов в стране приходится на твердые и жидкие отходы промышленного производства. Каждый год в России их образуется около 8 миллиардов тонн, причем за 20 лет этот показатель вырос в четыре раза. Некачественная очистка производственных сточных вод, содержащих нефтепродукты и другие токсичные вещества, наносит вполне очевидный ущерб экологии. Они попадают в реки и озера, загрязняя их.

За сброс неочищенных отходов, содержащих масла, нефтепродукты и другие токсичные вещества, которые наносят ущерб экологии, предполагаются штрафы. При этом, к большому сожалению, компании, которые сливают промышленные отходы в окружающую среду без достаточной степени обработки или без обработки совсем, существуют до сих пор.

Сейчас при переработке и утилизации жидких отходов существующими методами промышленные предприятия сталкиваются с рядом проблем. В их числе - серьезные затраты на очистку воды до требуемых в рамках законодательства значений по нефтепродуктам. Еще большие затраты требуются на переработку отходов в случае, если их объемы в несколько раз превышают нормативы.

Обращение со сточными водами — одна из самых затратных природоохранных статей. Так, в прошлом году на сбор и очистку стоков в России потратили почти треть общего бюджета на защиту природы.

Что делать крупным промышленным компаниям, чтобы минимизировать это влияние? Какие рекомендации для улучшения экологичности производств вы могли бы дать? Какие новые технологии сегодня можно использовать для повышения экологичности производств?

Главная задача в сегодняшних условиях — наладить устойчивую работу предприятий, выполнить обязательства по инвестпрограммам и социальным обязательствам.

НПО БиоМикроГели как раз помогает повышать экономическую эффективность, снижая риск срыва поставок и прекращения деятельности отдельных предприятий, одновременно решая долгосрочные ESG-цели по сокращению количества вредных выбросов при очистке промышленных стоков импортозамещающими реагентами.

Мы производим коагулянты, флокулянты и деэмульгаторы для очистки воды на базе собственной технологии – биомикрогели. Отечественные коагулянты, флокулянты и деэмульгаторы превосходят по некоторым качествам зарубежные:

- стоимость очистки воды в случае обработки сильнозагрязненных стоков до 1,5–3 раз ниже;

- снижение энергозатрат, уменьшение объема отходов, передаваемых промышленными предприятиями на утилизацию.

В чем заключается основная проблема промпредприятий при попытках внедрять ESG?

Для бизнеса, кроме финансовых ограничений, основной барьер для внедрения принципов устойчивого развития - непонимание связи между актуальностью этой темы и успешным развитием компании. Так, отсутствие четко сформулированного запроса на устойчивое развитие ведет к тому, что менеджеры недооценивают скорость растущих ESG-настроений в обществе и рискуют не успеть трансформировать свои компании вовремя. В таком случае в выигрышном положении окажутся те компании, которые начали модернизацию компании на всех уровнях заранее и проводят ее, несмотря на внешние изменения.

Другая причина, по которой ESG-программы компаний реализуются медленно и не всегда последовательно, связана с тем, что заявленные ценности и этические нормы не проникают во все уровни компании, нередко остаются лишь лозунгами для внешней коммуникации. В ситуациях, когда руководство не доносит до своих подчиненных важность ESG-программ и их влияние на выполнение KPI каждого сотрудника, компания может терять в конкурентоспособности и в итоге - в капитализации. Когда публично задекларированные ценности не получают отражения в виде реальных программ, они не включаются в операционную работу, не входят в систему KPI и могут вступать в противоречие с бизнес-целями. Даже осведомленные сотрудники, разделяющие ценности и этические нормы компании, могут сталкиваться с затруднениями в их практической реализации, не имея возможности менять существующие бизнес-процессы и KPI. И если в организации нет работающего способа, позволяющего сотрудникам сообщать о противоречиях, возникающих между реальными действиями и декларируемыми ценностями, то эти противоречия могут стать причиной репутационного риска для всей компании.

Усугубится ли экологическая ситуация, замедлится ли развитие ESG в России из-за политической ситуации?

Международный валютный фонд, Всемирный банк и ОЭСР уже снизили прогнозы глобального роста на этот год. В условиях возросшей неопределенности и вынужденной перестройки цепочек поставок компании сталкиваются с увеличением издержек и менее предсказуемым спросом. В таких условиях бизнесу будет труднее привлекать средства под проекты, ориентированные на реализацию ESG-повестки — экологических и социальных инициатив, а также практик по улучшению корпоративного управления.

Российские компании столкнулись с еще более выраженной потребностью в адаптации к новым условиям, и если ранее одним из важных факторов внедрения ESG были ожидания ужесточения требований в развитых странах, то теперь бизнесу предстоит интегрировать ESG-факторы на фоне поиска новых рынков сбыта и работы по повышению эффективности.

На фоне адаптации экономики к санкциям сроки выполнения экологических требований были сдвинуты. Тем не менее, процесс ESG-перехода не останавливается. Крупные российские компании уже не только внедряют ESG-принципы, но и предъявляют аналогичные требования к поставщикам.

«Зеленая экономика» также является частью стратегии развития евразийской экономической интеграции до 2025 года. Во всех странах (Россия, Казахстан, Белоруссия, Киргизия, Армения) в том или ином виде приняты стратегии декарбонизации и развития зеленой экономики. И хотя рынок зеленого финансирования пока невелик, он довольно быстро развивается.

Переход на ESG – трудо- и времязатратный процесс, который может занять не одни месяц и даже год с учетом необходимости разработки стратегии и внедрения ее на всех уровнях компании. Сейчас самое главное - начать движение и продолжать делать шаги в сторону ESG-перестройки, и в таком случае в течение ближайших 1-3 лет мы увидим первые результаты перехода на ESG-рельсы.

Другие интересные новости читайте в нашем Telegram-канале

Автор: Дмитрий Сорока

Сделано в России // Made in Russia

#сделановроссии

0